Все смешалось в доме Плюшкиных

А все она, карма виновата. Против кармы, как известно, не попрешь.

Когда я переезжала, то жаждала избавится от огромных залежей хлама, накопившихся в старой квартире. Положа руку на сердце, отчасти ради этого я и затеяла переезд, иначе балласт было никак не выкинуть. С великой помощью моих друзей на помойку было вынесено несколько тонн всякого-разного. Оставшееся я перевезла на новое место, кое-как распихала и стала обживаться. В новой квартире имелась маленькая антресоль, туда были заскладированы несколько старинных чемоданов со старинным же, но могущим пригодиться барахлом - все, что осталось от разбора двух огромных антресолей на старой квартире.

Но потом в доме завелся Енот. И первое, что он сделал - построил большую антресоль. Пустовала она недолго. Тогда он построил еще одну. И верхи шкафов тоже очень быстро заросли всяким-разным.

Потом завелась Тошка. И ее игрушки. Она этот бардак впитала буквально с молоком матери и чувствует в нем себя как рыба в воде. С той только разницей, что у рыбы нет шансов увеличить количество воды, а Тошка успешно бардак приумножает. 
На день рождения мне подарили Банку. На защелках. Предполагалось, что я попробую в ней хранить бабло, чтобы оно мистически не рассасывалось. Но сначала хранить было нечего, а теперь в Банке живет Чирвяк. Невидимый. Питающийся салфетками, иногда - красивыми полиэтиленовыми пакетами. Подстилку эту Тошка ему регулярно меняет. Навещает его, разговаривает с ним. Чирвяк болел, теперь выздоровел. Изначально он сидел в Банке, потому что наказан, но прижился и вылезать уже не хочет. Класть туда бабло мне теперь страшно - а ну как сожрет? Так и живет на кухне Банка с Чирвяком. 

Но мы и сами хороши. В коробке от эйнемовского печенья у меня хранится револьвер и золотые червонцы запас кошачьего корма на черный день. Угадайте с трех раз, какую емкость мы используем, чтобы сложить и накрыть крышкой гору самодельного печенья? Правильно, ведро для кошкокорма, подаренное "Роял канином".
Любая декоративная емкость, поставленная на один из хозяйственных столов в кухне, немедленно и как-то независимо от нашей воли заполняется фигней: крышками от банок, нурофеновскими шприцами, пипетками, зажигалками, батарейками и т.д. Просто взять емкость и вытряхнуть ее в ведро мешает то, что любой из видов фигни время от времени бывает позарез нужен. Причем именно в этот момент нужного вида фигни никогда нигде не оказывается.

В процессе же воскресной уборки я всякий раз обдумываю необходимость развестись. Ибо, хотя барахольная карма преследует и меня саму, но нет ничего страшнее, чем модели машинок и самолетов. Хренатень эта хрупкая, со множеством мелких деталей, обеспылить ее - тонкая, муторная работа, на которую у меня нет сил. Поэтому самолеты так и реют над нами, посыпая пылью с крыл. Хотя в день строительства первого Енот клятвенно обещал, что будем сам содержать их в чистоте. А я поверила, дура.
Это еще что, одно время он киндер-сюрпризы собирал. В конце концов я тайно под покровом ночи свалила их всех в пакет и выкинула. Заебали, пардон. Енот не заметил. Кажется.

А на самом деле я это к тому, что у меня есть ко всем друзьям-знакомым одна большая просьба:

НЕ ДАРИТЕ МНЕ СУВЕНИРОВ! ПОЖАЛУЙСТА! НИНАДААААААА!

З.Ы. А если кто хочет сделать меня счастливой на восьмое марта, то может поискать в хозяйственном новую чашу под миксер. Пластиковую, со стенками сантиметров двадцать пять высотой, диаметром примерно двадцать. Я такую вчера разбила. Любимую, из шестидесятых еще, наверное.