- Зря ты выходишь...
Разумеется, зря. Я правда очень-очень хочу, чтобы ты рассказал про Сахалин, про 43-й год и восстание там и тогда, про роман обо всем этом, который ты пишешь. Но ты ведь расскажешь не только это, ибо день рождения удался, и мы расползаемся во хмелю, радостно пузырясь каждый своим одиночеством. И чтобы не было потом у нас обоих "стыда с поджиманием пальцев в ботинках", я выхожу на своей станции. А как-нибудь потом найдется еще повод и еще "Изабелла" и мы выпьем снова, и снова вовремя разбежимся, оставив за скобками правду и ложь. Вот она, настоящая мужская дружба. Это по мне.
Разумеется, зря. Я правда очень-очень хочу, чтобы ты рассказал про Сахалин, про 43-й год и восстание там и тогда, про роман обо всем этом, который ты пишешь. Но ты ведь расскажешь не только это, ибо день рождения удался, и мы расползаемся во хмелю, радостно пузырясь каждый своим одиночеством. И чтобы не было потом у нас обоих "стыда с поджиманием пальцев в ботинках", я выхожу на своей станции. А как-нибудь потом найдется еще повод и еще "Изабелла" и мы выпьем снова, и снова вовремя разбежимся, оставив за скобками правду и ложь. Вот она, настоящая мужская дружба. Это по мне.